Рассказ северянина о собаках

САХА-ПЕЧАТЬ, Илкэн. В эти дни в Якутии, да и по всей стране не утихает собачья истерия. Из разных регионов приходят трагические известия о нападении бродячих собак. Жертвами нападений становятся и взрослые, и дети. Страна за месяц буквально разделилась на два лагеря – тех, кто поддерживает «закон Бурматова» и тех, кто считает этот закон «Об ответственном обращении с животными» причиной увеличения количества беспризорных животных на улицах населенных пунктов.

Так, законом предписано отловить бродячую собаку, стерилизовать, вакцинировать и бирковать, а тех, кто не проявляет агрессии выпустить после всех этих процедур. Приюты для животных, пункты их передержки не справляются с наплывом бродячих собак – не хватает финансирования на содержание. Экономисты подсчитали, что каждый год сумма из бюджета, выделяемая на подобные приюты, будет расти по нарастающей.

Региональные чиновники и депутаты, а вслед за ними и некоторые федеральные, составляют свои предложения по изменению данного федерального закона. Под их давлением автор закона вынужден был признать, что закон надо дорабатывать.

Председатель Госдумы Вячеслав Володин в своем телеграм-канале сообщил, что на Совете Думы было принято решение в течение февраля совместно с регионами, зоозащитниками, контрольно-надзорными органами провести анализ правоприменительной практики и выработать предложения по изменению законодательства. Руководителем рабочей группы назначен все тот же Бурматов.

Зарубежная практика показывает, что на содержание беспризорных собак расходуются деньги из налога на домашних животных, который платят владельцы. Все животные переписаны и имеют свой документ. К выгулу там тоже очень серьезные требования и любые нарушения караются крупными штрафами, которые также идут в муниципалитет на содержание приютов для беспризорных животных. Таким образом питомцев содержат лишь те, кто действительно хочет или разводит на коммерческой основе, а бродячих животных почти нет.

Для наших коренных народов собака тоже важный и серьезный напарник – фраза «друг человека» на Севере не лишена смысла. Однако в быту превалирует утилитарность и расчет – если собака не может охотиться, не справляется со своими обязанностями, ее участь без промедления решают. Собак каких-то других пород в селах также не ждет долгая жизнь. Породу испортят. Ну, по крайней мере так было раньше…

Предлагаем вашему вниманию повествование председателя Союза эвенов Якутии Анатолия Степанова-Ламутского.

Северные собаки

Мы, северяне, к собакам относимся очень трепетно. Они для нас не только как друзья, они порой на Севере единственные спасители.

В детстве у нас была собака, по кличке Нэтыл. Этот пёс был наполовину волк, наполовину собака. Мы всей семьей её любили. Самое интересное он любил ухаживать за малышами. Моих племянников, Костю и Лену, когда им было меньше года, летом оставляли на улице. Когда они плакали, так он лапой качал коляски. Никого из чужих не подпускал. Всё время рычал, если кто-то подходил.

Чужих кошек не подпускал к дому. А был у нас кот Тигрёнок, так они спали вместе. Лежит Нэтыл, а на животе у него уютно лежит Тигрёнок. Однажды мы наблюдаем такую картину: через реку на том берегу мирно гуляют Нэтыл и Тигрёнок. Как переплыл Нэтыл понятно, а как Тигрёнок вопрос. Мы начали их звать. Тут Нэтыл входит в воду, а Тигрёнок запрыгивает на его спину, и они переплывают реку.

Мы так любили, боготворили эту собаку. Однажды мы слышим, моя маленькая сестра Анна кормит Нэтылэ: «Нэтыл, Нэтыл, мэ, мэ! Не хочешь не надо!» Выходим и видим, что Анна даёт Нэтылу окурок папиросы, а он просто отворачивает морду.

Никого из наших родных – папу, брата, зятьев, дядей – Нэтыл не трогал, в каком бы они состояние не появлялись. Но чужих, с запахом алкоголя не допускал близко к дому. А наш дом стоял около клуба. Значит пьяные люди не могли посещать кино, танцы. Из-за этого приходилось Нэтылэ привязывать. Однажды, привязанного, ему прострелили левый глаз и левое ухо. Мы его вылечили. Мы, дети, плакали, страдали вместе с ним. Нэтыл выздоровел, но левое ухо, левый глаз пострадали.

У нас была собачка-сучка, она родила. Родился единственный самец, которого мы назвали Соҕотох. И он один выжил из шести щенков.

Мне 17 лет. Зимой пошёл проверить петли. С петель снял несколько куропаток и зайцев. Иду домой. По молодости лет решил сократить путь и пойти по бездорожью. Передо мной ручей Сахандья. Но берега его крутые. Ручей плывет где-то внизу, а подо мной высокий берег. Я вспрыгиваю и чувствую, что под снегом нет льда. Я начинаю проваливаться в воду. Хорошо, что ружьем, которое висело у меня не на плече, а на шее и поперёк тела, зацепилось о берег. Я не чувствую дна, а вода засасывает. Вдруг Соҕотох бросает мне верёвку, я хватаюсь за неё. Зацепив зубами верёвку, он скулит, но тянет вверх. Я отцепляю всю свою добычу и отпускаю в воду, хотя думаю, что патроны нельзя бросать, они у меня в кармане (зачем и почему, до сих пор не пойму). Кое-как с усилием выбираюсь на берег. Я лежу, но собака лижет меня и тычет носом. Я встаю, как-то выжимаюсь, и мы идём по дороге.

Вскоре одежда превращается в ледяной панцирь. Мне тяжело двигаться, но собака упорна. Я падаю, но чувствую на лице тепло собачьего языка и встаю, и дальше плетусь. Так мы доходим до крутого берега, за которым наш дом. Я падаю, больше нет сил дальше идти. Я лежу на снегу и вдруг такое блаженство, тепло на теле, хочется всё сбросить с себя и только спать.

И тут чувствую, что кто-то меня поднимает на руки и несёт на берег. Слышу только шепот отца: «Всё будет хорошо!», и мамин голос: «Что случилось!» Они принесли меня домой, обтерли водкой, дали выпить глоток и спать уложили, а на завтра я проснулся, как будто ничего не случилось.

А случилось вот что. Соҕотох, оставив меня на берегу, побежал домой. Он царапался в двери, стучал, скулил, пока родители не догадались. Они знали, что Соҕотох пошёл со мной, а такое поведение собаки насторожило их и они вышли на улицу. Соҕотох начал их дергать и звать за собой. Они так и не одевшись побежали за собакой. Хорошо берег был недалеко.

Мы его не учили специально быть охотничьей. Однажды ранней весной с отцом были на утиной охоте. На озере настреляли уток, а достать их нечем. Мы решили соорудить длинные палки и вдруг перед нами появляется собака с уткой на морде. Это Соҕотох, который решил уток достать сам, хотя, когда мы делали выстрелы, он лежал тихо на берегу.

В Березовке у меня была собака Котик. Это была охотничья собака и никогда не могла стать пастушьей. Дядя моей жены решил научить и взял его с собой. Насильно мы отправили Котика в стадо. Через несколько дней опять вертолёт и этим рейсом мы из стада встречаем Котика. Оказывается, Котик не пас оленей, а ставил их как лосей на обстрел. А мы предупреждали дядю.

Однажды мой брат одолжил у меня Котика на охоту. Они уехали, на следующее утро во дворе у меня бегает собака. Я его ругаю, что он сбежал с охоты. Иду к брату, а он дома. Спрашиваю, что случилось. Ответ брата и ошеломил, и обрадовал: «Мы только приехали. Котик как сорвался, вскоре услышали лай, побежали. А там он держит лося. Мы подстрелили. Только начали разделывать, опять лай. К тому же он всё ближе. Чуть подождали, а когда лай стал еще ближе, побежали. Опять лося подстрелили. Разделились на две группы. Опять лай. Решили не обращать внимания. Но он вывел его на нас. Пришлось и его подстрелить. Люди и говорят, чтобы я его привязал, а ведь мы пришли не только охотится, но и отдохнуть. Вот и пришлось ночью возвращаться».

А когда я уезжал из посёлка, оказывается надолго, Котик укусил меня за руку и ушел по дороге. У меня до сих пор его уход на глазах. Когда я уехал долго его не было. Однажды он пришёл, лёг в конуре и умер.

Вот такие на Севере собаки.

Хотя у меня в Черском был случай, когда на меня чуть не напала стая бродячих собак. Я пошёл на заброшенные склады. Мне нужны были упряжи для оленей, да и для собак, а это такие лямки, которыми тогда сцепляли цемент. Они очень подходят для сцепления груза на нарты, сани, да могут служит тросом на снегоходы. А в заброшенных складах их было много. Когда я подошёл к одному из складов на меня вышли несколько собак. Они не лаяли, рычали. На моё счастье в складе была дыра, через которую я и убежал. А мой друг в Черском, на грибной охоте, спасся грибным ножом от бродячей стаи.

Мы на Севере любим собак и воспитываем не для ублажения, а как друга. Бродячие собаки для всех нас боль. Когда хозяин их бросает, это больно и обидно. Но когда они становятся дикими – они опасны!!! А тем, кто не видел дикого зверя, не стоял против него, я сожалею. Только такие люди могут защищать животных, не зная их повадки. ЖАЛЬ!!!

Всем, кто и как-то отреагировал на мой рассказ – СПАСИБО! Я не хочу вступать в полемику – прав я или не прав. Но хочу сказать, что одичавшая собака знает повадки человека. Например, медведь, когда, встретив его ты будешь стоять неподвижно, даже не шевеля пальцами, то он может пройти мимо (проверено на себе). А любая собака, если она решила напасть, то будет бросаться. Она знает, если это недруг – человек ли, зверь ли – то надо его или отогнать, или напасть. Бродячие собаки ещё хуже, они умные звери, потому дважды страшней таежного, тундрового зверя.

Анатолий Степанов-Ламутский

Фото портал о домашних питомцах

 

Источник: Портал коренных народов Севера “Илкэн”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *